( ... ) Ишимская ярмарка еще в начине, и даже помещается теперь не только в балаганах, но и на улицах, во дворах, в домах, даже в банях, — везде, где только можно примкнуться. ( ... ) Она сделалась, и год от году делается все более и более огромным центром склада и сбыта жирного товара, обработанного и в натуре. ( ... ) Омские, ишимские, курганские и ялуторовские купцы и крестьяне, в особенности купцы петропавловские, стали заниматься салотоплением в огромных размерах, строить обширные заводы, улучшать год от году вытопку сала, и теперь к одному Петропавловску сгоняется ежегодно до 550.000 голов крупного и мелкого скота ( ... ) Часть быков гонится отсюда в Москву, откармливаясь по дороге. ( ... )

Меновой двор в Петропавловске необыкновенно оживлен в весеннюю пору. Из степи приходят азиатские караваны, верблюдов развьючивают, кипы товаров складывают грудами. Киргиз джигитует на своем степном бегуне, важный бухарец сидит поджавши ноги, суетливый ташкенец торгуется с хитрым казанским татарином, таможенные досмотрщики кричат; это и меновый двор и толкучий рынок, самый веселый, самый оживленный, самый пестрый! А Петропавловск выдвигается эффектно на крутом берегу реки. ( Дальше )

( ... ) «К чему для России расширение? С нее и того, что есть, предовольно!»

Полно так ли? Без расширения Россия не была бы тем, что мы видим в наше время: «первым государством в мире по соплеменности масс, непрерывности пространства и по самым благоприятным данным для развития истинного могущества, что глубже в будущность истории, то прочнее». ( ... )

Но скажут: «Необходимо ли это было?» Необходимо — иначе она бы сама имела участь Польши, Венгрии, Богемии, стесненная с запада Европой, а с востока азийскими народами под непрерывным руководством Англии… ( ... )


Вольная Тартария. Английская карта, 1851. (Кликабельно).

Возьмем в разительный пример завоевание недавнее, но заметное не только для Европы, но и для России, ежедневно шаг за шагом вот уже полтораста лет совершающееся и охватившее теперь громадное пространство от Каспийского моря до Западного Китая и Коканда, а именно: Киргизскую степь обоих ведомств — Оренбургского и Сибирского. Без этого завоевания колонизация всего Оренбургского края, той южной части губернии Тобольской и Томской, была бы решительно невозможна. Киргизы на Уральской и Сибирской линиях, калмыки на Сибирской — пока мы еще не углубились в степь, делали на наши аванпосты на Иртыше, Ишиме и Урале непрерывные набеги подобно кавказским горцам, «снимали», говоря технически, (по местному выражению) с полей, с покосов, с рубки дров одиноких путников, даже и из станиц (кого могли закрючить на свой аркан) уводили своих пленников в степь и продавали их в рабство в Бухарию, Хиву, Ташкент, Коканд; калмыки делали набеги даже на Томск, а киргизы на Ишим и Курган. Общность веры (ислам) с нашими татарами давала им всегда нравственную поддержку сих последних, возбуждала измену русскому правительству, охоту вредить русским в самых селищах наших всеми возможными средствами! ( ... ) Даже теперь, когда уже русские аванпосты в виду Хивы, Бухарии и Коканда, наши татары часто попадаются как сообщники в хоть уже бессильных, однако проявляющихся иногда в степи народных волнениях между киргизами. ( ... )

( ... ) без расширения границ наших до Хивы и Коканда и без сжатия в стальную цепь штыков всей Киргизской степи — немыслимо бы было спокойствие даже губерний Тобольской и Томской. Киргизы — не мирные буряты Забайкалья, не безответные остяки, тунгусы, самоеды, даже и не скромные гольды амурские. Их воинственный дух еще не угас, притом они мусульмане, и за спиной у них священная Бухара, пронырливые Хива и Коканд, а там… и Англия, из Ост–Индии действующая. ( ... ) Да и что бы были за государственные люди Англии, если бы они не следили со страхом и трепетом, с завистью и, пожалуй, ненавистью, за аванпостами России на границах Персии, Западного Китая, Хивы, Бухарии, Коканда, наконец, в южных гаванях вправо от Амура и Уссури в виду Кореи и Японии? Ведь это смертный приговор английскому могуществу в Ост–Индии, исподволь, ежедневно, шаг за шагом совершаемый! Канада и Ост–Индия когда–нибудь отложатся от Англии; потеряй она Индию, то источники ее средств иссякнут; а за сим и нисхождение!

Лишь «враг России и русского народа» может глумиться над ее стремлениями к расширению… Это ее жизнь, ее государственная необходимость, ее историческое будущее!